— Я голоден! Я очень голоден! Накорми меня!
Василий оторопел скорее даже не от того, что конь говорил, хотя это было тоже дивом дивным не поддающейся инженерной мысли Василия; а от того, что он сквозь скрип и скрежет, выдувы и шипение смог разобрать что этот металлический монстр ему сказал. Василий поскреб лысую голову по давней привычке, когда вступал в замешательство, да и начесал мысль неординарную, но логичную: достал он из кармана винтики-шурупы с ремонта утреннего и протянул коню на ладошке.