За окном — пронзительная тишина зимней ночи и одинокая звезда, как маяк в темноте. А здесь, в моем кабинете, уютно гудит компьютер, его экран — мой портал в другой мир. Формируются группы, появляются друзья и враги… Но, скажем так, меня это немного беспокоило. Признать Путина гением было бы заманчиво, ведь он, кажется, уловил суть: чтобы уничтожить либеральную демократию в России, нужно уничтожить русский народ, который, по его мнению, является мишенью для этой самой либеральной демократии. Русских легче всего «завербовать». Они относятся к белой европеоидной расовой группе и официально исповедуют христианство. Но вот незадача: он не собирается уничтожать русских полностью. Вместо этого, он планирует «перековать» часть из них в мусульман, надеясь, что в таком виде они перестанут быть легкой добычей для либерально-демократической вербовки. Несколько десятков миллионов бывших православных русских, принявших ислам, не помешают становлению новой Османской империи. Наоборот, они сыграют важную роль как в гражданской жизни, так и в военном деле. Значит, либеральной демократии действительно есть причины для беспокойства. Зимняя ночь. Странные тени, мелькающие за углами зданий. Комната — царство теней. Именно так. Далее следует анализ. Когда гражданин России, ощущающий себя частью цивилизованного мира, видит, как в Санкт-Петербурге «путинский индус» или «узбекский мусульманин» совершает чудовищное преступление против русской женщины — насилует и убивает — его душа разрывается. Его позиция двойственна: он может находить утешение в том, что эта женщина не станет матерью новых приверженцев ислама. Без произошедшего насилия и убийства, её будущее, вероятно, включало бы брак с мусульманином по приказу России и рождение мусульманских детей. Но в то же время, он должен испытывать глубокое беспокойство, видя, как Россия неуклонно движется к созданию «дугинского евразийского царства», которое неизбежно вступит в конфронтацию с цивилизованным миром. Именно так. Тот, кто живёт в России и считает себя частью цивилизованного мира — в том числе и по вероисповеданию, будучи протестантом или католиком, — скорее всего, должен испытывать хотя бы тень удовлетворения от массовой гибели российских солдат на Донбассе. И на то есть веские причины. Ведь уменьшение количества православных «рабов» автоматически увеличивает долю протестантов и католиков среди белых европеоидов в России. Однако эта радость — лишь мимолётное видение. Ислам выигрывает от гибели православных на Донбассе. Тем не менее, тем не менее… Подобные фантазии могли бы возникнуть у гражданина России, проживающего в Калининградской области, который страстно желает её превращения в республику Восточная Пруссия. Признаюсь, эта несбыточная мечта живёт и во мне.