Россия Нижегородская обл, Кстовский р-н, деревня Крутая
О себе:
Мне полных 49 лет. Я родился и живу в Нижнем Новгороде. Есть жена, сын 17 лет. Работаю в сфере общепита. Хобби, а вернее будет сказано, страсть, это книги. Любовь к литературе мне привил мой дядя, Пахомов Николай Борисович, страстный библиофил и поэт. С девятого класса я начал собирать собственную библиотеку. Будучи подростком, все свободное время провдил на книжном рынке и в букинистических магазинах: менял книги, продавал, покупал. Уже тогда жил этим. Долгие годы вынашивал идею написать что-то свое. Решился недавно, около трёх лет назад. Начинал писать «в стол», затем стал публиковаться на платформах ЛитРес, Ridero и Проза.ру под псевдонимом Андрей Добрый. Сегодня у меня выходят произведения в разных жанрах: детское фэнтези (цикл «Приключения Веселундии», где главный герой списан с моего сына Ивана), хоррор, магический реализм, детектив-триллер. Есть опыт участия в литературных конкурсах: повесть «Пули для Венеры» вошла в шорт-лист конкурса ЛитРес, а рассказ «Потерянные вещи» стал победителем конкурса на платформе Ridero. Литературного образования у меня нет (я экономист), но есть главное: любовь к слову и желание создавать истории, где мистика рождается из самого быта, из реальной жизни. Зачем я стучусь в ваши сердца? Немного о писательстве, снах и ответственности. Здравствуйте, дорогие гости! Сегодняшний пост — это не просто запись, а что-то вроде исповеди или, если угодно, попытка ответить самому себе на вопросы, которые рано или поздно приходят в голову каждому, кто берется за перо (или открывает текстовый редактор). Зачем я это делаю? И кому, кроме меня, это нужно? Если честно, мой путь к писательству не был устлан коврами из роз и озарен вспышками молний. Он был больше похож на тропинку в тумане, которую я нащупывал босиком. В детстве я, как и многие, читал книги запоем. Любовь к чтению и книге как таковой преследует меня всю жизнь. Любовь эту мне привил мой родной дядя, Пахомов Николай Борисович, страстный библиофил и немного поэт. В детстве, когда мои одноклассники и друзья пропадали на футбольных площадках и за гаражами, я не вылезал с книжных рынков. Это было здорово! После прочтения очередной книги, сочинял истории для себя — они жили в голове, были моим личным убежищем. А потом… потом они стали приходить ко мне во сне. Но это уже много позже, в зрелом возрасте. Да, вы не ослышались. Многие мои сюжеты, особенно те, что легли в основу книг для детей и подростков, я буквально «увидел». Просыпался с утра с четким, как кинокадр, образом, с целой историей, которая просилась на бумагу. Это похоже на то, как будто тебе доверили послание из параллельного мира, где нет взрослой серьезности, зато есть чистая, неразбавленная магия, искренность и те самые «важные вопросы», которые так волнуют юные умы. Мне стало попросту тесно держать это в себе. Так и родился Андрей Добрый — мой литературный псевдоним, который для меня не просто имя, а своего рода обещание. Обещание нести в мир что-то светлое и доброе. Зачем мне это надо? Если честно, я не знаю. Более того, я до сих пор не знаю, надо ли мне это вообще. Но ничего не могу с этим поделать, видимо это не лечится. Это как спросить у птицы, зачем ей петь. Потому что не могу иначе. Писательство для меня — это способ осмыслить мир, привести в порядок хаос мыслей и чувств. Это диалог. В первую очередь — с самим собой. А во вторую — с вами, мои читатели. Когда я пишу для детей, я стараюсь вспомнить себя в их возрасте: какие книги задевали за живое, какие герои становились друзьями, о чем я тогда мечтал. Я чувствую огромную ответственность. Ведь книга, попав в руки ребенка, может стать для него компасом или просто лучшим другом в трудную минуту. Разве это не чудо? А кому это надо, кроме меня? Вот самый сложный и, пожалуй, самый страшный вопрос для любого творца. Ответ на него я ищу каждый раз, когда выпускаю новую книгу в свет. И нахожу его в редких, но таких драгоценных отзывах. Если книга понравилась хотя бы одному человеку, хотя бы одному мальчишке или девчонке, когда кто-то признается, что история моего героя помогла ему справиться с собственной проблемой, — вот тогда я понимаю: это нужно. Нужно хотя бы одному человеку. А ради одного человека уже стоит стараться. Сложно ли писать книги? Легко ли быть писателем? Если коротко — нет. Это труд. Это сидеть ночами над одной фразой, это задуматься за рулём так, что чуть не въехать в переди едущую машину, это сомневаться в каждой строчке, это бороться с пустым листом, который порой кажется злейшим врагом. Это когда герои живут своей жизнью и отказываются слушаться твоего замысла. Писательство — это ремесло, которому учишься каждый день. Но когда ловишь ту самую волну, когда слова ложатся будто сами собой, а история оживает — это чувство ни с чем не сравнимо. Это полет. А особенное удовольствие получаешь, когда осознаёшь, что стал творцом целого мира, создал и оживил его. Вот еще вчера ничего не было, и бац!- новая вселенная! Аж дух захватывает... Так что быть писателем — сложно, но невероятно прекрасно. Это выбор, который делаешь сердцем, вопреки всем трудностям. И в заключение, не могу не поделиться важной для меня новостью. В этом году мои скромные труды номинированы на литературную премию «Писатель года 2025». И особенно символично, что этот год объявлен Годом Булгакова. Михаил Афанасьевич — гений, показавший, что литература может быть бездонной, сложной и волшебной одновременно. Даже просто оказаться в одном контексте с его именем — уже огромная честь и ответственность. Если вам интересно познакомиться с моим миром поближе, мои книги ждут вас на ЛитРес. Я же буду тут, за своим столом, прислушиваясь к шороху снов и шепоту новых историй. Спасибо, что читаете. С теплом и добром, Андрей Добрый (Макаров Андрей Александрович, 1976 года рождения...) Если интересно, то ищите меня на ЛитРес и Ridero. Авторский псевдоним Андрей Добрый.
Любимые авторы и книги:
- Михаил Афанасьевич Булгаков.
- Стивен Кинг.
- Астрид Линдгрен.
- Марк Твен.
- Эдуард Успенский.
- Николай Носов.
- Акунин (любой)).
- Лукьяненко.
Предпочитаемые жанры:
Детская литература, фэнтези, триллер, детектив, хоррор, магический реализм